Новости

Блеск и нищета киевского крематория

Жизненный путь киевлянина, как и любого другого украинца, если конечно он не родился с серебряной ложечкой во рту, как говорят англичане, сопряжен с трудностями на всех этапах. Не исключением стал и самый последний этап – смерть и все что с этим связано. Не буду долго рассказывать про мытарства по больничным моргам, выкручивание рук похоронными агентами, которые зачастую обдирают убитых горем родственников как липку. Поговорим о самом последнем этапе, похороны и все что с этим связано. По статистике 30% умерших в городе Киеве хоронятся на кладбищах, около 10% — родственники вывозят в другие города и села, зачастую хоронят в пригороде, где расценки местных похоронных бонз на места на кладбищах не так бьют по карману и сознанию горожанина, остальные 70% провожаются в последний путь в киевском крематории.

Построенный в начале семидесятых годов, к настоящему времени он довольно сильно обветшал, площадка перед центральным входом в потеках машинного масла, раздолбанный асфальт, заросшие кустарником склоны. Сложно поверить, что это находится по соседству с центральным и самым известным киевским кладбищем – Байковым. В поисках места захоронения моего старого армейского друга, я обошел практически весь колумбарий и до сих пор пребываю в шоке. Чем ближе подходишь к залам, построенным в виде двух инопланетных оболочек, тем сильнее дым и гарь, с соответствующим запахом. Морщась от зловония стоят родственники умерших, деловито снует между людьми священник, водители автобусов откровенно скучают.

Такая картина наверняка повторяется изо дня в день, как мне сказал один из работников, по крайней мере так он себя отрекомендовал, это еще терпимо, в те дни, когда скапливается много гробов с умершими – дым и чад идет практически от заката до рассвета. Я поинтересовался, как скапливаются? Как оказалось, из 8 печей в настоящий момент работает всего 2, да и те с переменным успехом, соответственно работники, которые заняты кремацией, не успевают кремировать всех, и какая-то часть остается на другой день или другой смене, а поскольку количество умерших и потенциальная пропускная способность печей отличаются в разы – постоянно существует остаток «недокремированных» граждан.

Я поинтересовался у словоохотливого рабочего, почему никто не ремонтирует печи, зная о том, что не успевают кремировать? «- А ты с газеты, или блогер какой-нибудь?», недоверчиво посмотрев на меня спросил работник. Заверив его, что я просто интересуюсь, и кроме того ищу своего армейского друга, который захоронен здесь, настороженность пропала и он начал говорить. О том, что раньше за состоянием печей следили, приезжали экологи и чуть-ли не отправляли в мерию ежедневный отчет о выбросах.

«- А сейчас всем на все наплевать, директора меняются чуть ли не каждый год, мы их перевидали уже с восьмидесятых годов. В прошлом году когда встали практически все печи – в кремационном цеху не успевали всех кремировать, смена целый день работала – за день привезли столько-же, и так неделю считай. Благо морозы тогда были, а то было бы нам тут всем. А подземный тоннель? Который ведет от ритуальных залов к кремационному цеху – там вы бы побывали…там фильмы ужасов снимать можно, я уже не говорю про все что под этими залами находится – там даже наши ходить боятся – не дай Бог что-то отвалится и упадет на голову. А когда лифты поломались? Гроб с телом, после прощания, на специальной платформе опускается вниз – а там уже его ждут наши, на электрокаре – перегружают и везут в кремцех. Так вот лифты поломались, что даже не странно, их даже ремонтировали редко, начальник цеха говорит – «на мой век хватит, а ему уже года три назад на пенсию надо было уходить, а нет – все держится. Так вот после прощания их на электрокаре в цех везли – но кто же будет много ходок делать – собрали штук пять – погрузили и повезли. Кругом люди стоят, горе у них, а мы гробы штабелями возим. ».

Что же не так в похоронной отрасли Киева, что предприятия вынуждены работать на устаревшем оборудовании, при том, что ни для кого не секрет, что это одна из прибыльных отраслей, кроме того, городские власти регулярно выделяют средства из бюджета города и на благоустройство территории, и на подготовку к поминальным дням и как показывает сайт www.prozorro.gov.ua на все те проблемы, которые всплыли во время моего посещения Крематория.

В частности, были проведены торги, на сумму 67 500 грн. по проектированию капитального ремонта помещений кремационного корпуса, заказчик рассчитался полностью, и вроде бы как время перейти к самому ремонту, тем более что за два года, с момента проведения торгов можно было построить новый крематорий, при должном финансировании.

Но, как всегда этого оказалось мало, и поэтому в тот же день объявляются другие торги, с тем же самым предметом закупки – проектирование капитального ремонта помещений, но уже на сумму 495 000 грн. Что характерно, и в первом и во втором случае, торги проводились на бесконкурентной основе, т.е. объявление в Прозорро и заключенный договор вывешивались уже постфактум. Равно как и то, что «победителем» в обоих случаях было ООО «Архитектура лига», малоизвестная компания, однако успевшая принять участие и выиграть около двух десятков тендеров, пусть даже на небольшие суммы, в основном по коммунальной тематике.

На 2018 год сумма, выделенная на проектные работы капитального ремонта помещений кремационного корпуса, возросла и крематорий объявляет торги на сумму 2 500 000 грн. Учитывая сумму, торги проводятся открыто, они даже собрали трех участников, однако к «конкурентной борьбе», «Архитекторы» оказались не готовы, что привело к победе в данном тендере другой компании. Таким образом сумма, выделенная городом на благое дело, увеличивается, а состояние инженерных сооружений крематория продолжает ухудшаться.

А самое интересное, как всегда, начинается в октябре. 26.10. 2018 года проводятся торги на сумму (барабанная дробь) 18 975 740 грн., что подразумевает проведение капитального ремонта, но уже не кремационного цеха, а с достаточно расплывчатой формулировкой – «капитальный ремонт оборудования городского крематория», объявляется победитель, деньги регулярно перечисляются, и – ничего не происходит.

Лифты не работают, куски побелки и фрагменты конструкций продолжают падать людям на головы, печи стоят на ремонте, а те, которые еще более-менее живые – работают в две смены, убитые горем родственники ждут урны с прахом, едут электрокары со штабелями гробов, а руководство, поднаторевшее в проведении тендеров и делании ничего, кроме как повышения собственного благосостояния – уныло наблюдает за происходящим и каждый день ждет, что придут новые люди, и придется освободить теплое и в прямом и переносном смысле место. А новые люди все не идут.

Роман Андреев

Добавить комментарий