|

Кравчук: Россия никогда не держала своего слова

КравчукПопытка новой революции — это то, чего достигли президент и правительство, затормозив евроинтеграцию государства. Символично, что изменение курса (и фактически предательство избирателей) состоялось именно в день девятой годовщины Оранжевой революции. Возможно, это стало не последним аргументом, когда десятки тысяч человек вышли вчера на улицы Киева.

О том, нужен ли Майдан сейчас, и чем может обернуться для Украины неподписание Соглашения об ассоциации, в интервью «Главкому» рассказал первый президент Украины Леонид Кравчук.

Леонид Макарович, со времени Оранжевой революции прошло девять лет. И вот люди снова вышли на «Евромайдан». Нужен сейчас такой Майдан и может ли он перерасти в нечто большее?

— Я убежден, что Майданы сейчас не нужны, и в данном случае ничего не дадут. Нам нужно разобраться в деталях, что произошло, почему произошло, и какие шаги нужно сделать немедленно. Ведь произошло это не из-за некого «злого рока».  То, что произошло, было заложено еще двадцать лет назад.

Имеете в виду тесную связь Украины и России после развала СССР?

— За двадцать лет Украина фактически ничего не сделала, чтобы экономически отойти от рынков России и ориентироваться на европейские и мировые. Поэтому когда пришло время давления на Украину, а такое время наступило, Россия применила экономические рычаги. Политические она давно применяла — те же заявления. Но политика — это декларации. И вот когда стали на пути экономические преграды — останавливаются заводы, люди лишаются работы — встал вопрос роста социальных проблем. Социального недовольства, которые могут перерасти в социальный взрыв. Это первое.

И второе, что произошло. Украина не могла в силу примитивности, непрофессионализма внешней политики предусмотреть такие шаги России, и с другой стороны выработать ответ на такие шаги России. Внешняя политика не была глубокой, всесторонней. Мы должны всегда чувствовать — мы, Украина — если вдруг меняется поведение какой-либо страны, должны быть готовы адекватно отвечать. Этого не было.

Поэтому мы оказались перед выбором: или мы идем в Таможенный Союз, или не обращаем ни на что внимания и подписываем Соглашение об ассоциации. А этого нельзя было сделать, по крайней мере, еще потому, что мы не выполнили одиннадцать пунктов списка Фюле. Вот если бы вдруг выполнили и поставили перед Европой вопрос: вот, мы выполнили, мы готовы, но произошло такое. А так — мы сами не готовы. А тут еще Россия говорит: вы идите, идите, а у нас здесь таможенная территория другая, и мы будем применять защитные шаги, от которых вам будет трудно.

Но соглашение об ассоциации было реальным шагом. Не считаете, что «Партия регионов», которая обещала евроинтеграцию в своей программе, просто изменила избирателя?

— «Партия регионов» не вышла перед народом и не заявила: все, мы ошиблись, меняем курс. Соглашения нет, но курс не изменился. В чем предательство? Соглашение может быть не сегодня, а завтра. Нет прямых доказательств, что евроинтеграция для «Партии регионов» прекратилась.

И все же, кто, в первую очередь, виноват в срыве подписания ассоциации?

— Можно сейчас обвинять всех — Януковича, Азарова и так далее. Но тогда надо обвинять всех президентов, всех премьеров, всех руководителей и органов власти, в том числе, и руководителей предприятий, которые ориентировали свои производственные мощности на другие рынки и не думали о качестве продукции, чтобы и отвечала высоким стандартам, и можно было бы конкурировать на Западе. Потому мы оказались перед фактом неготовности, перед фактом передачи России возможности влиять на Украину очень легко и просто — через таможенную границу.

Оцените, насколько сильное это давление Кремля.

— Это давление очень сильное. Сколько было только заявлений! Даже оскорбительных и по отношению к президенту Украины, и по отношению к правительству Украины. Там говорилось, что правительство обманывает свой народ, ведет его в беду — это про ЕС. Это открыто говорилось: либо вы с нами, или идите в Брюссель, и там берите кредит, мы вам ничего не дадим.

Думаете, Москва, как заявил Владимир Путин, действительно готова к трехсторонним переговорам по евроинтеграционному курсу Украины и нашему желанию подписать Соглашение об ассоциации?

— Я не знаю, каким может быть предмет этих переговоров. Я себе вот так представляю, о чем будут там говорить. Россия будет говорить одно — она за Таможенный Союз. Европа имеет свои принципы. Украина — между ними. О чем говорить? Поэтому я не думаю, что эти переговоры вообще могут быть эффективными.

Итак, Украине сейчас нужна ассоциация или нет? И можно, учитывая то, что правительство Азарова остановило евроинтеграционное движение, говорить о том, что оно сорвано окончательно?

— То, что соглашение не будет подписано 28 ноября, уже понятно.

Но ассоциация, евроинтеграция никогда не начиналась и не закончится этим 28 ноября. Это наш курс, и он выписан в законе об основах внутренней и внешней политики. Никто этого курса не отменял. То есть евроинтеграция как стратегическая задача не снимается с повестки дня.

Другое дело, когда этот вопрос будет поставлен на предмет решения. Сейчас он был поставлен именно на предмет решения. И вот будет ли это сделано в ближайшее время, или в дальнейшем, мне сказать трудно.

Есть уже такая мысль, что если Соглашение не будет подписано сейчас, то это подписание перенесется не на год, а, возможно, на десятилетия. То есть Украина целиком и полностью упадет в объятия России.

— Может, и на десятилетия. А может и на год. Может, на два. Может, на полгода. Давайте не будем гадать. Конечно, Европа будет разочарована действиями Украины. И это повлияет на дальнейшие наши отношения.

Но в Европе предусматриваются выборы Европарламента. Будут выборы, будет формирование органов, в том числе, европейских комиссий. Поэтому неизвестно еще, кто там пойдет, какой будет курс политический. Будет ли курс на расширение Евросоюза, будет ли курс на сужение — никто не знает этого. Поэтому предусматривать я бы не брался.

Думаю, нам надо очень спокойно разобраться и сделать выводы, что нам делать завтра. И сейчас не думать про майданы, про импичменты — это все невозможное. Потому что не словами это делается. Потому что, если это делать, то надо делать по закону, по Конституции. Говорить об этом будут те, кто будет думать про президентскую булаву. Они будут пугать людей, выставлять себя героями. Я против этого. Я за то, чтобы не будоражить народ и не вызвать недовольства, которое может перерасти в какие-то беспокойные действия.

Кто именно должен сесть и разобраться с дальнейшими действиями? Власть? Оппозиция? Представители Европы? Все вместе? Какими должны быть шаги президента, премьера?

— Очевидно, нужно собрать Совет безопасности, другие консультативные органы и начать очень взвешенную, спокойную работу. Собрать регионы. Может, отдельно по группам. Надо разработать программу. Нельзя сейчас сидеть и ждать или просто говорить по телевидению.

У вас есть предложения по этой программе?

— У меня есть определенные мысли, но окончательно я их еще не сформировал.

Давно, еще когда мы принимали декларацию о государственном суверенитете, это был 1990 год, по моему предложению был внесен пункт об Украине как внеблоковом государстве. Я с тех пор все время этот вопрос держу в разработке для себя. Я увидел, что геополитическое, стратегическое, географическое и историческое положение Украины таково, что, находясь под зонтиком или под пятой России, Украине очень трудно выбраться из этой зависимости. С другой стороны, Европа опасается и Украины, и России. Это доказано поведением и Германии в свое время, двойными стандартами, которые были по отношению к политикам Украины. Это все было на моих глазах.

Поэтому я сейчас бы подумал о том, как объявить статус Украины как внеблокового государства. Но не просто формально. Эта работа требует совершенно конкретных шагов.

Каких именно?

— Первый шаг такой. Консультации с Большой семеркой или двадцаткой относительно того, согласны ли они — Россия, Франция, Германия, Великобритания, Соединенные Штаты, Китай и другие — с тем, что Украина, находясь в центре Европы, имея такие территории и такую мощь, экономическую и народную, станет внеблоковым государством. Если соглашаются, то какие гарантии могут быть? Потому что то, что было в Будапеште относительно безопасности Украины, сложившей ядерное оружие, — это не гарантии, это заявления. Механизмы и гарантии должны быть выписаны детально.

Если такое происходит, Украина должна разработать статус внеблокового государства вместе с гарантиями других стран. Тем более, в истории были такие внеблоковые государства после войны. Разрабатывает и обязуется соблюдать внеблоковый статус. Тогда Верховная Рада обращается ко всем странам мира с просьбой поддержать внеблоковый статус и способствовать Украине.

Может, я ошибаюсь, но думаю, что на сегодня это единственный путь, чтобы нам не вступать ни туда, ни сюда.

Вы акцентировали внимание на том, что в случае неподписания Соглашения Европа обидится, и это повлияет на ее отношения с Украиной. А как срыв ассоциации откликнется на взаимоотношениях с Россией? Можно верить в то, что Украина получит от России какие-то преференции?

— Могу сказать по собственному опыту, что Россия никогда не придерживалась каких-то обязательств.

Подписали мы с Россией и СНГ соглашение о зоне свободной торговли. Россия на второй день написала список изъятий и похоронила это соглашение. Подписали мы много документов в рамках СНГ — и экономические какие-то союзы, и другие. Никто ничего не придерживался. Россия действовала, исходя из своих национальных интересов. Для нее нет соседей, стран, которые она бы уважала. Она не уважала, не уважает и не будет уважать Украину. Это совсем другая стратегия, другая тактика и другая психология российской внешней политики, другая философия.

Leave a Reply

диета
Любовница Януковича

Лента новостей

Календарь

Сентябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Авг    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930  
реклама